melanyja (melanyja) wrote,
melanyja
melanyja

Categories:

Перечитывала недавно «Войну и мир», так по случаю юбилея 1812 года потянуло.

Эту книгу я читала четвёртый раз. Первый раз – в школе, но до того, как проходили. Мама посоветовала, чтобы подготовиться. Было интересно. Второй раз – уже когда проходили. Было кучно, это так всегда: школьная программа – источник скуки, и после неё долго перечитывать не хочется. Потом после европейского фильма захотелось обновить впечатления. И вот сейчас – получилось наиболее вдумчиво. И katrina84 сподвигла написать.
Что нового появилось при прочтении.

Во-первых, это книга о вере. Да, Толстой писал «Войну и мир» ещё верующим человеком, и потому она отражает приход человека к вере. Князь Андрей, Пьер Безухов, Наташа – все приходят к вере через испытания. Князь Андрей просит Евангелие на смертном одре, Наташа обращается к вере после случая с Анатолем и выздоравливает, Пьер испытывает сильнейшее разочарование в вере после сцены расстрела, но потом находит её. Ну и княжна Марья от веры и не уходила никуда.

Во-вторых, не покидает впечатление, что Толстой не любит людей. Он хочет изобразить человеческую жизнь без прикрас, со всеми ошибками и проблемами, но получается в некотором роде привлечение внимания к этим ошибкам, которые Толстой не прощает.

Но при этом Толстой – великий мастер слова, наблюдатель жизненных историй, способный переложить в слова романа развитие ситуации во всём её многообразии.

Например, описание театра, которые совпадают с моими впечатлениями:
«На сцене были ровные доски посередине, с боков стояли крашеные картоны, изображавшие деревья, позади было протянуто полотно на досках. В середине сцены сидели девицы в красных корсажах и белых юбках. Одна, очень толстая, в шелковом белом платье, сидела особо, на низкой скамеечке, к которой был приклеен сзади зеленый картон. Все они пели что-то…. Мужчина в обтянутых панталонах пропел один, потом пропела она. …Они пропели вдвоем, и все в театре стали хлопать и кричать, а мужчина и женщина на сцене, которые изображали влюбленных, стали, улыбаясь и разводя руками, кланяться.
После деревни и в том серьезном настроении, в котором находилась Наташа, все это было дико и удивительно ей. Она не могла следить за ходом оперы, не могла даже слышать музыку: она видела только крашеные картоны и странно наряженных мужчин и женщин, при ярком свете странно двигавшихся, говоривших и певших; она знала, что все это должно было представлять, но все это было так вычурно-фальшиво и ненатурально, что ей становилось то совестно за актеров, то смешно на них. Она оглядывалась вокруг себя, на лица зрителей, отыскивая в них то же чувство насмешки и недоумения, которое было в ней; но все лица были внимательны к тому, что происходило на сцене, и выражали притворное, как казалось Наташе, восхищение.
»

И о героях. В школе при прочтении романа симпатии вызывает князь Болконский, военный, красавец, имеет своё мнение. Но когда читаешь роман не в школьном возрасте, видишь – насколько он неприятный человек. Как он безобразно обращается со своей женой, как он смотрит на окружающих свысока. Такие люди могут нравиться только школьницам, и не удивительно – что князь Андрей выбирает себе юных девушек, которых способен пленить, потом разочаровывается, что они его не понимают, и вновь готов наступить на те же грабли. Тип мужчины весьма характерный.

Зато на этот раз мне в романе очень понравилась Соня. Добрая, прекрасная девушка. Она могла бы быть героиней романа Джейн Остин со счастливым концом, как Элинор Дэшвуд, например. Но в романе Толстого чуда не происходит, она остаётся одна. Однако жалки выглядят попытки её близких, например, Наташи, объяснить её одиночество недостаточной яркостью характера. То есть может эта недостаточная яркость и сыграла свою роль, но это не повод, чтобы замужняя Наташа смотрела на Соню свысока.
Tags: литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 51 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →